Наказание бедных — последний козырь Трампа?
Предвыборное изгнание застрахованных по Закону о доступном медицинском страховании (ACA) выглядит как политическое безумие — но президент, по-видимому, считает, что удар по бедным может сработать.
У Дональда Трампа есть некая маниакальная сторона в его отчаянной спешке сделать что‑то, хоть что‑нибудь, до ноябрьских промежуточных выборов, чтобы убедить измученных американцев, что он сможет устранить те трудности, которые его политика наложила на их средства к существованию.
Президент США предложил снизить барьеры для импорта говядины, чтобы ограничить рост цен на мясо, но затем задумался о том, чтобы отступить под давлением крупного скотоводческого лобби. Он пообещал остановить экспорт дизеля, но нефтяные компании оказались незаинтересованными. Он ослабил стандарты топливной экономичности, утверждая, что это снизит цену нового автомобиля (забыв упомянуть, что это также увеличит расходы на бензин). В начале октября он начал рассылать чеки по 500 долларов почти миллиону человек, расхваливая свои «победы» в здравоохранении. О, и он пообещал взрослым американцам чек на 5000 долларов, если республиканцы сохранят контроль над Конгрессом. Это тоже никуда не приведёт.
Столкнувшись с такими неудачами, возможно, Трамп почувствовал необходимость показать, что он всё ещё способен что‑то сделать. Тем не менее несколько парадоксально, что администрация в лице вице‑президента Д. Дж. Вэнса решила огласить ту единственную инициативу, которую ей удалось довести до конца: исключение более 750 000 застрахованных из страховых площадок ACA на том основании, что они не имеют права на федеральные субсидии.
Трамп мог бы утверждать, что эти сокращения укладываются в обещанное администрацией стремление восстановить финансовую дисциплину. Но та часть платформы — о которой говорил министр финансов Скотт Бессент, обещая сократить бюджетный дефицит до 3% валового внутреннего продукта США — никогда не была больше, чем риторический манёвр.
Предвыборное изгнание застрахованных по ACA его «рабочей группой по мошенничеству», напротив, выглядит гораздо более политически безрассудно, учитывая стойкие экономические тревоги, которые высказывают избиратели как от демократов, так и от республиканцев по всей стране.
Экономия от манёвра с ACA, по оценке администрации, составляет 2,2 млрд долларов в год — мелочь по сравнению с краеугольным камнем фискальной политики Трампа: «Один большой прекрасный закон» 2025 года, который, как ожидается, добавит 4,1 трлн долларов к бюджетным дефицитам в следующем десятилетии, главным образом из‑за сокращений налогов в пользу наиболее состоятельных американцев.
Вопреки словам Бессента, бюджетный дефицит растёт быстро: ожидается, что он превысит примерно 2 трлн долларов в финансовом 2026 году, что составляет около 6% ВВП и примерно на 18% больше, чем в финансовом 2024 году, последнем году администрации Байдена.
Вместо того чтобы остановить бюджетное кровотечение, как будто цель Трампа — распространить несчастья помимо 3 миллионов американцев, которые лишились страхования после того, как администрация в прошлом году отменила субсидии, предоставленные администрацией Байдена.
Это похоже на приёмы из репертуара Элона Маска. Его обещание избавить правительство от «расточительства» и «мошенничества» возможно привело к гибели миллионов детей в развивающемся мире после демонтажа USAID, но оказалось в значительной степени нерелевантным для экономии денег правительства. Это может служить мастер‑классом по троллингу. Но это не приносит голосов.
Часть мозга Трампа, похоже, это понимает. Трамп частично оплатил колоссальное налоговое сокращение «прекрасного закона», урезав финансирование Medicaid и программы продовольственных талонов SNAP для малообеспеченных американцев. Но он предусмотрел большинство сокращений так, чтобы они вступили в силу после промежуточных выборов, чтобы минимизировать политические издержки. Логика была такова: люди с низким доходом якобы с благодарностью проголосуют за республиканцев за несколько более крупные налоговые возвраты в этом году и налоговые льготы на сверхурочные и чаевые (хитро сделанные так, чтобы истечь к концу срока Трампа) и не заметят надвигающиеся сокращения федеральных программ, на которые они полагаются.
Но новые выселения из ACA свидетельствуют о том, что тёмная сторона его мышления берёт верх. Это подчёркивает веру Трампа в то, что удар по бедным может сработать для него. Вместо приверженности здравой фискальной политике, помощи американским семьям, пытающимся держаться на плаву, или какой‑то экономической платформы в целом, последнее упражнение Трампа по «предотвращению мошенничества» указывает на стратегию, вращающуюся вокруг наказания тех, кого он может определить как «плохих». Погрязший в низких рейтингах за своё безумное руководство экономикой, помимо прочего, Трамп, по‑видимому, считает, что его единственный оставшийся выигрышный ход — действовать жёстко против групп, которые его база может не любить. В верхней части списка — иммигранты и малоимущие. Поэтому иммиграционная служба ICE также удваивает усилия, объявив, что наймёт ещё 5000 агентов к концу года.
В президенте что‑то есть. Примерно две трети республиканцев считают, что оказание большей помощи бедным приносит больше вреда, чем пользы, согласно опросам Pew Research Center. Несмотря на неоднократные случаи злоупотреблений со стороны федеральных агентов, лишь 19% республиканцев считают, что администрация Трампа слишком активно депортирует нелегальных иммигрантов. Самые радикальные правые избиратели полностью поддерживают федеральные депортации и не считают, что федеральное правительство должно нести ответственность за обеспечение здравоохранения американцев.
Возможно, сердце Трампа действительно склоняется к тёмной стороне. Но удвоение ставок на политику, призванную угодить самым фанатичным приверженцам его базы, в конечном счёте выявляет слабость позиции Трампа. Возможно, даже он понимает, что утратил остальную часть страны. Наказание бедных и чужих — вместе с невероятным «пасом» в виде чека на 5000 долларов — это всё, что у него осталось.